Прокт Явейна по Королевской горе 2021 г: плюсы и минусы

Прекрасная презентация, шоу, сделанное 8 июня 2021г в аудитории-максимум БФУ им. Канта по всем правилам представления судьбоносного проекта, по прошествии полугода смотрится... странновато. И виной тому как сам проект "Студии 44" Никиты Явейна, который так и не стал ответом команды Алиханова на исторический вызов Королевской горы, так и те обстоятельства, в которых проект появился.

Не дождавшись подробного рассмотрения первого и второго в прессе (при хорошей динамике отношения к проекту), - предлагаю разобраться с ним подробнее.

1. Проект "Студии 44"

За прошедшее время я раз двадцать разным людям объяснял суть и детали проекта, так что начну с самого популярного вопроса: 

1.1. Почему такие фасады и отчего так много воды на визуализации?

Проектировщики взяли в качестве эстетического ядра одну из архитектурных фишек Кёнигсберга - его "промку", промышленную архитектуру, а именно портовые краснокирпичные шпайхеры-склады конца 19 века\начала 20-го, которые сохранились у нас на Правой набережной. 

Шпайхер на Правой набережной и виола да гамба

Точно такие же (но в большем количестве) реновируются в ганзейском вольном городе Гамбурге в знаменитом проекте "Хафен-сити". Цитатой такого пост-"сити" и стал новый проект студии Явейна. Отсюда - красный кирпич (которые с точки зрения маркетинга недвижимости вообще фирменный для Кёнигсберга\Калининграда) и плотные фасады, прорезанные высокими окнами. 

Стрелкой показан Дом правительства вместо Дома Советов

Так как такой тип фасадов отлично смотрится у воды (и не очень - без неё), то проектировщики слукавили. В визуализации улицы вокруг комплекса они сделали "супер-мокрыми", словно это не улицы, а реки - чтобы в них отражались эти замечательные фасады и за счёт этого они не казались тяжеловесными. 

Даже вид с озера Нижнего откорректирован так, чтобы зеркало воды казалось больше и выигрышно отражало комплекс. В реальности с этой точки Музейного моста воды в два раза меньше - и потому красота, нам показанная, будет в два раза меньшая.

С других точек такой красоты не будет вообще: хотя у нас дождь явление частое, он не превращает асфальт в зеркало, увы... И сам комплекс в реальности будет смотреться очень тяжеловесно.

С этим разобрались, - теперь окна.

Высокие окна получаются автоматически из-за того, что все здания комплекса на Королевской горе - это дома-кварталы, полностью покрывающие пятно своего участка и зачастую не имеющие внутреннего двора. То есть это "толстые" дома, и, чтобы их осветить, нужны высокие окна, чтобы свет попадал в глубину комнаты. 

1.2. Генплан и функционал участка

Генплан сделан в модном нынче стиле "Картошка Чапаева", когда кварталы не имеют чёткой геометрической формы, равно как и сами здания, и в целом издалека напоминают разложенные на плоскости картофелины.

Во время презентации Никита Явейн (идеолог проекта и руководитель мастерской, архитектор - Иван Кожин) несколько раз подчёркивали, что в проекте использованы наработки конкурсов "Сердце города" - и это абсолютно точно касается планировочного решения. Генплан "Студии 44" опирается на конкурсный проект этой студии в первом конкурсе "СГ" 2014 года "Королевская гора и её окружение", и на сделанную по результатам конкурса "Консолидированную планировочную концепцию". Сохранена ориентация новой главной площади с севера на юг (между руинами замка и Домом правительства); протянуто вдоль всего участка продолжение Южной террасы замка, соединив, таким образом два участка (замок и участок будущей застройки) в единое планировочное целое; сделана (по-новому, но тем не менее хорошо сделана) улица, соединяющая ул. Шевченко и Московский проспект. Даже горизонтальный водный каскад, который предложила команда Девилье (занявшая второе место в конкурсе 2014 года) также взят как идея, и проложен по новой траектории с использованием водяного колеса как локального аттракциона во дворах застройки (колесо видно в ролике, на планах оно не видно).  

Паркингов много, и все подземные

Функциональное разнообразие - один из принципов современного проектирования в центральной части городов; монофункция убивает жизнь на территории, сводя её к этой функции. 

Разнообразие базовых функций в представленном проекте небольшое (три с половиной, если офисный комплекс соединить с Домом правительства в одно полуторное значение), но с учётом того, что первые этажи отданы под публичные общественные сервисы (кафе и магазины), то в целом функциональная карта приемлема. 

 

В целом, при всех изменений "Консолидированной концепции..." из-за "картофельной планировки" и нежелания прямого цитирования чужих идей, главные положения "Концепции..." "Сердца Города" генплан воспроизводит и развивает, - И ЭТО ЛУЧШЕЕ, ЧТО ЕСТЬ В ПРОЕКТЕ.

Дальше дела становятся хуже.

1.3. Дом Советов и вместо него Дом Правительства

На Дом Правительства приходится указывать стрелкой, ибо он не выделяется в общей массе

Проектом предусмотрен полный снос Дома Советов и выстраивание на его месте Дома Правительства. 

В принципе такое решение возможно при одном условии: если новое здание Дома Правительства архитектурно и силуэтно будет: 

1. выполнять функцию современного визуального символа Калининграда (нового знака) - и в этом качестве сможет победить образ дома Советов в качественной конкуренции образов;
2. функционально даст новое качество пространства для работников правительства относительно здания Фридриха Ларса на ДД1 (чтобы избежать саботажа среднего и нижнего звена, как это было в советское время с Домом Советов, и сегодня - с переездом офисов госслужб в "Москва-Сити").

По первому пункту задача такая архитекторам не ставилась совсем, и потому дом Правительства по данному пункту вчистую проигрывает Дому Советов. Если вы попросите 7-летнего ребёнка нарисовать дом Советов, он нарисует так, что вы сможете опознать: это - дом Советов. А с предложенным домом Правительства этот номер не выйдет: у него нет запоминающегося образа (как у театра эстрады в Светлогорске, например). 

Более того, стилистически и концептуально здание Дома Правительства теряется в общей массе комплекса; нельзя сказать, что оно "здесь главное". 

Из чего можно сделать однозначный вывод: 

а) проект разрабатывался под застройщика, а не для правительства, 

б) сегодня на территории Калининградской области главным является застройщик, а не правительство (этот вывод вытекает из образа Власти на Королевской горе: она полностью визуально отдана застройщику).

Так что в этой части предложение "Студии 44" полностью провальное.

1.4. Высотность и "целое" комплекса

Главное, что возмущает местных жителей (которые отчего-то не любят высокую застройку, - в противоположность застройщикам, которые только о ней и мечтают!) - это 

а) высотность комплекса, и 

б) его целокупность, сделанность в едином стиле, что свойственно для жилмассивов - но никак не свойственно такой вещи как "исторический центр исторического города". 

Любой исторический центр - много-образный, в нём видны разные "руки" архитекторов, разные авторы и разные хозяева, - и эта разность, пестрота делает его привлекательным и является генетическим признаком исторического центра. Разработка же "в едином стиле" указует на единовременность и единохозяйскость, и вызывает разочарование: вместо разнообразия нам и на первое, и на второе, и на третье (и компот) подают одно и то же блюдо, меняя лишь начинку...

Ну и предложенная высотность для общественного одобрения критична: "срезать вполовину - будет нормально", - говорили в кулуарах презентации. 

Откуда взялась именно эта высотность - понятно: из схемы наивного экономизма "есть проблема - найдём инвестора, он проблему решит. Нужно только чтобы ему было выгодно". 

Обмен предполагался такой: инвестор (сначала) реконструирует Дом Советов, а взамен строит на сопряжённом участке коммерческую недвижимость. На что инвестор сказал, что дом Советов выгодней снести и построить заново (что и прогнозировалось), и тогда - а зачем его воспроизводить, если можно построить новый Дом Правительства?

Наивный экономизм, стоящий за этой схемой, говорит о том, что инвестора нельзя допускать к постановке задачи, он всё будет а) упрощать, б) его проф-деформация не позволит работать с неочевидными достоинствами территории и особенностями её объектов, как-то: символическая ценность, образный ряд, вхождение в топ иконографических образов города (я про дом Советов) и пр. 

Главное будут - квадратные метры и выгода, - и именно они диктуют максимально задирать высотность комплекса.

В недовольстве архитекторов проектным решением не помогает даже культурологический кунштюк, предложенный Иваном Кожиным: перенести силуэт исторического Лёбенихта на силуэт крыш нового комплекса: такая высотность напрочь убивает все эти игры с "наследственностью гения места".

То есть: это не центр (исторический) города, а хороший жилкомплекс - где-нибудь... где-нибудь... в районе Космы) 

Или на Ломзе. 

Итого

• Планировочное решение и транспортная схема: 5 (по советской пятибальной системе)
• Функциональное: 4.
• Образность и фасадное решение: 3- (хорошее, но не для этого места и этого статуса).
• Высотность: недопустимая.
• Генетический код места: формально 5, но убит высотностью и моно-стилистикой. в итоге - 2.
• Проблема ДС: по воле заказчика решена в формате "сноса и замещения", и решена без-образно. Результат: отрицательный. Проект вместо решения проблемы её обострил.
• Проблема археологического раскопа замка: не решалась в рамках задания. И здесь правительство потерпело странное фиаско на примере объекта, который на два порядка проще собственно проблемы Королевской горы... и если они не могут справиться с раскопом, то как они собирались "взять" более тяжёлый вес????

Любой профессионал вам скажет, что большинство этих пунктов напрямую зависят от Технического задания: без внятного ТЗ продукт будет ХЗ. 

То есть, сам подход во многом был сформирован Техзаданием.

А неумение составить грамотное ТЗ говорит о квалификации заказчика, между прочим. 

И сейчас мы подходим к самому интересному. 

2. Обстоятельства вокруг заказа

К тому, что административные обстоятельства возникновения проекта напоминают спецоперацию, совмещённую с русским "авось". 

Во-первых, у отрасли архитектуры (как и у отрасли культуры в целом) в областном правительстве нет курирующего вице-премьера (после феерического курирования Гарри Гольдманым). И потому понять, кто же ответственный за ТЗ и за проект - невозможно, - кроме того факта, что Антон Андреевич человек решительный и готов всё всегда брать на себя. Но чтобы взять высоту "Королевской горы", решимости мало: нужно понимание степени сложности проблемы; и алгоритм её решения должен быть симметрично сложен и публичен. Иначе получается то, что получилось: Техническое Задание на проект кто составлял - неясно, кто согласовывал - непонятно, никто из Градостроительного совета (не из чиновников) его не видел, - всё как в дурном кино, сделанном за бюджетные деньги.  

Королевская Гора - проблема исторического вызова, не решённого за всё время существования этой территории в объятиях СССР\России, то есть проблема градостроительно-политическая (не в смысле политических партий), и вот к ней подходят с административным инструментарием и наивным экономизмом - и прогнозируемо проваливают весь кейс. 

Поэтому ситуация вокруг проекта (не сколько сам проект, сколько его административный контекст) и в целом вокруг градостроительной политики вызвала волну возмущения как в профессиональной среде калининградских архитекторов (см. письмо членов градосовета), так и у местных жителей. Если коротко, "архитекторы требуют «отмены градостроительных решений по центральной части города около Дома Советов и возврата к итогам международного архитектурно-градостроительного конкурса».

Параллельно продолжают появляться инициативные альтернативные проекты, один из которых анти-девелоперский, но пока самый интересный.

Прожект Макса Попова "Новый Лёбенихт" от 2017 года

...И вот теперь, спустя год после презентации Алиханов заявил, что теперь ему проект уже не нравится, но дом Советов всё равно будет снесён и что на этом месте будет разбит парк.

Какой парк? куда парк? зачем парк?

А вот понятно, зачем: народ парки-скверы любит, и чтобы сохранить лицо (при плохой игре и плохих картах), кто-то предложил Алиханову разбить на Королевской горе парк. 

3. Парк как грёза и непотеря лица

Надо сказать, что эта модная тема с парками уж лет десять шагает по стране (Зарядье, Набережная в Казани, множество проектов поменьше), но... 

Похоже, тенденция пошла на спад. Во-первых, в Калининграде ждут реконструкции несколько парков (с уже выросшими деревьями и своей историей в каждом случае), а во-вторых... Парки всё ещё рассматриваются политиками как демагогический инструмент в предвыборной борьбе, но, отыграв положенную им предвыборную пиарную задачу, уступают (в случае наличия значимой градостроительной идеи) в центре города базовым функциям центра. 

В случае с Санкт-Петербургом это общестрановая идея перераспределения федеральных функций между несколькими городами, лишение Москвы монополии, места их неоправданной концентрации. В данном случае речь идёт о реализация идеи Санкт-Петербурга как судейской столицы России. 

Идея - правильная, история с парком "Тучков буян" - некрасивая, но тем не менее обе идеи - и парка и Судейского квартала, - весьма логичны на невысоком острове в Центре СПб. 

В отличие от парка на Королевской горе (любого, кроме археологического на месте замка).

Тут следует помнить, что дом Советов - это не только архитектура, но и идеологическая декларация Власти, также как и замок был не только крепостью, но и идеологической декларацией и воплощением Власти своего времени и места. 

Даже дом Правительства в составе проекта Явейна был (волей-неволей) идеологической декларацией низведения Власти к сервису при Застройщике, - и не понимать этого по меньшей мере странно.

И теперь посмотрим, что будет идеологически декларировать парк (любой) на месте дома Советов? 

"Мы не в состоянии (не то что ПОСТРОИТЬ, а хотя бы ПРИДУМАТЬ) архитектурную декларацию сегодняшней Власти, и поэтому предлагаем вам ми-ми-ми, а именно - парк, потому что все любят кошечек и парки".  

В принципе это такой же мужественный шаг, как повторное погружение в грунт раскопа Западного флигеля замка: это мужество признавшего своё поражение. А пока он погружается в воду...

Только вот почему областному правительству проще признать своё поражение, чем обратиться к старой команде "Сердца города" - ответ на эту загадку лежит уже вне архитектурной критики. 

" К вечному миру". Приезд Путина в Калининград в 2024 году и «Кейс-2024»

  0.       Мало кто помнит (а новейшее поколение точно не помнит), как получился юбилей Калининграда. Напомню. Сначала никто не верил, что будет празднование 750-летие Калининграда. Не осознавали, не верили, что Калининград напрямую наследует Кёнигсбергу, и что не 60, а 750 лет городу. А когда осознали – даже самые закавыченные «патриоты», - то главным вопросом было – «а разрешат?».

Поначалу Москва действительно «не разрешила», и тогда местные политики сказали – «ну что ж, будем праздновать сами». В этой связи Москва долго искала «политическо-символический баланс» в неизбежно наступающем юбилее (юбилеи, оказывается, объективны и не могут отмениться властным решением!), найдя его в конце концов в бинарной паре «750-летие Калининграда + 60-летие Области».

Потом Москва дала 6 миллиардов (что-то около того) и определилась с двумя символическими объектами-маркерами, материально знаменующими бинарность праздника: были восстановлены Королевские ворота (силами Светланы Сивковой и угрозами Германа Грефа о «королевской виселице» - «немецкий символ» праздника) и кардинально обновили площадь Победы (советско-российский символ, ибо наша область есть неоспоримый материальный результат победы СССР во Второй мировой).

А потом приехал Путин (2005) и вместе с ним два президента, Германии и Франции, Шрёдер и Ширак. И юбилей прошёл «на высоком политическом и международном уровне».

Итого: реальная активность принятия решений и последующая строительная и организационная активность (не считая предварительных дискуссий) заняли 3-2,5 года. Площадь Победы делалась впопыхах, прожект взяли тот, что был уже разработан в общих чертах и из-за сжатых сроков были вынуждены отнестись к нему некритично. Но успели, да. И ХХС освятили тогда же, добавив к российской составляющей весомую православную ноту. И хотя сейчас даже ветераны неофициально ропщут «Зачем эта колонна посреди площади, она не нужна!», в целом результат оказался не так уж и плох.

  1.      А теперь история «почти повторяется». Как бы ни хотели канто-борцы, что борются с «сакрализацией Канта» путём обмазывания его статуи краскою[1], - юбилей неизбежен. Под это дело даже «обеззаразили» БФУ им. Канта от излишней "прозападности" (усилив его провинциальность) и реформировали его админ-структуру, учредив в рамках университета целую Академию "Кантиана" - научно-исследовательское подразделение Института гуманитарных наук. Заодно произошла тихая революция в Институте философии РАН, в руководство пришли новые лица, - может и к лучшему, чего уж там...

В общем, учёное сословие «к юбилею готово»: конференции готовятся и проходят, научные издания поставлены в планы, панели полирует, институции модернизированы, лица помолодели. Так сказать, к мировому паломничеству интеллектуалов почти готовы.  

Кантоведы к юбилею готовы. А остальные?

А остальные – политики, домохозяйки и мещане? Что будет для города (Калининграда) и мира теми символическим маркерами, впрямую и косвенно связанными с грядущим 300-летием невысокого человека, жившего три века назад в городе, через который проходил эпицентр европейской истории? И готов ли город Калининград ко грядущему «всемирному нашествию интеллектуалов», как он был подготовлен многолетними бдениями к нашествию футбольных болельщиков в 2018 году?

  2.    Но для начала поймём, зачем Путину приезжать в 2024 году. 

     Стоит оговориться: Путин - как известный персонаж, про которого «ничто нельзя сказать наверняка». Вот и мы будем говорить не наверняка, а вероятностно, следуя логике обстоятельств. А они таковы:

a.       Путин любит и умеет играть на международной арене и хорошо понимает международные контексты. Ещё в 2013 году он встречался в Калининграде с нашими местными студентами и преподавателями, во время которой встречи сказал: "Фигура Канта является символичной для сегодняшнего мироустройства… Одна из его первых фундаментальных работ – это трактат "К вечному миру". По сути дела, это обоснование, первая попытка обоснования объединения Европы после семилетней войны. Это философское, религиозное, культурное обоснование объединительных процессов, необходимости объединительных процессов в Европе. В этом смысле, безусловно, фигура Канта является символичной для сегодняшнего мироустройства".

Так что лучшего повода и площадки для политического и культурного мессиджа в сторону Европы и Евросоюза, чем 300-летие Канта, трудно себе представить. А уж к 2024 году в Европе политическая ситуация точно будет сложнее, чем сейчас.

При этом Германия уже несколько лет празднует юбилей, загодя (лет за десять) сформировав праздничную программу и её реализуя. А вот мы…

Хорошо, допустим – Путин приедет, - но пригласит ли кого-нибудь из стран Европы? Канцлера Германии либо экс-канцлера Меркель? Это будет зависеть от актуальной ситуации между Евросоюзом и Россией в целом, между Россией и Германией в частности, и от степени готовности Калининграда к приёму Высоких Гостей. В любом случает такой вариант возможен и будет отрабатываться Ответственными Лицами. 

И пока они морщат свои московские лбы, нам не стоит от них отставать и стоит поразмыслить: чем именно мы встретим этих многочисленных гостей; какие именно объекты станут теми «символическими элементами» гостеприимства и медиа-волны, связанной с юбилеем, и какую роль в грядущем юбилее будут нести разные уровни институций: и федеральные объекты (типа строящегося музейного комплекса на Острове); и областные, и муниципальные?

В этой связи стоит вспомнить опыт губернатора Цуканова. Летом в 2013 года Медведев вознамерился приехать в Калининград и для его приезда нужно было срочно изготовить «публичный инвестиционный или социальный мега-проект», и для этой цели было решено показать Высокому Гостю очередной макет от Сарница с Альтштадтом и замком. Медведев визит отменил (ввиду отсутствия позитивной публичной повестки), и подчинённые губернатора вздохнули с облегчением. А макет, дабы он принёс хоть какое-то публичное удовлетворение, продемонстрировали «федеральной прессе» в шатре во дворике здания Областного правительства.

В одном шатре смешались кони, люди, замки и домы советов...

Может, и сейчас к юбилею понаделать макетики и мультики грядущего счастливого будущего - вместо чего-то, сделанного в натуре?

Хотя вряд ли это удовлетворит Путина и многочисленных гостей.

  3.           Зададим кантовский вопрос - "как возможно?..." - как возможно сформулировать «политико-символический баланс» 300-летия Канта? Какие объекты могут стать «репрезентацией юбилея» сообразно его международному статусу, как в случае с 750-летием города? 

      Формально «минимальным» материально-символическим объектом может быть обустроенный остров Канта-Кнайпхоф – но этого очевидно мало. Это как рутинное благоустройство пытаться выдать за премиум-проект.

      И поэтому оптимально, если бы «Кейс-2024» включал в себя не только Кнайпхоф (уже наполовину обустроенный не как рекреационно-мемориальное место, а как торжище при турпотоке со скамейками и деревами); не только объекты нового музейного комплекса на острове Октябрьский и их выставки-ивенты, но и объекты типа площади Канта (либо Университетского сквера, пока дело не в названии, а в локации-статусе) на месте бывшей Параденплац, Парадной площади. То есть напротив нынешнего старого здания Альбертины по ул. Университетской-2. Да, для этого нужно снести старую бомбоубежку (снятую с баланса) и обновить зелёную архитектуру этого места, учитывая актуальный пешеходный и туристический трафик корпусу университета, к скульптуре Канта и музейному объекту «Блиндаж Ляша». Одновременно хорошо бы реновировать соседние хрущёвки, дабы первые этажи близлежащих зданий занимало не жильё, а торговля и сервисы, ориентированный на новую площадь\сквер, - как и полагается (градостроительно) в случае примыкания к оживлённой студенческо-туристической площади\скверу.

      Посильна ли такая задача для сегодняшнего областного\городского менеджмента?

      Пока что однозначного ответа нет, - смотри опыт того же Кнайпхофа. 

• Во-первых, на нём произошла подмена жанра: нам из парка (какой бы он ни был) сделали сквер, следуя немудрёной логике: максимально монетизировать торговлей при-соборные территории; максимально по парку нарезать дорожек и на них максимально наставить скамеек, фонарей и мусорок-артефактов из стандартного актуального набора "Урбанина десятых". 
• Попытки сделать нечто "историческое" сразу же дали конфуз: ширина "восстановленной" (фрагментом) трамвайной колеи... не соответствует исторической. 
• Абсолютно проигнорирован шанс обновить "модельный ряд" парка скульптур на Кнайпхофе (в связи с чем вспоминается смешная реплика Гольмана, который занимался этим объектом в статусе вице-премьера, о «переосмыслении острова Канта»). Кривой Горький, неузнаваемый Пушкин и случайный «Павка Коргчагин» остались в ландшафте, который «Гольдман и сыновья» готовили, похоже, только к одному: к монетизации. Что и показала ковид-ярмарка рубежа 2020\2021гг.

Вместо макетов можно светомузыки добавить! Концерт на открытии
первой части благоустройства острова Канта\Кнайпхофа

Впрочем, сие не удивительно: по примеру Гольдмана у нас «решал» расплодилось много, а дело делать некому. Некому делать проект, следующий за стадией концепта (потому что заказчик раз в 3 недели меняет ТЗ, ибо бежит ответственности), некому и негде обсуждать проект с горожанами или экспертами (потому что «набегут –затюкают – затролят - заболтают»; боязно). В итоге при полуотрытии полу-Кнайпхофа в августе 2020 года концертами и шоу были вынуждены маскировать планировочные недочёты и кривые решения концепции, которая после «Стрелки» пять раз переделывалась (см. пример Нижнего озера). И вместе «победительного проекта» правительство (и мы вместе с ним) получило историю на грани провала, ибо выбранный алгоритм не подходил для статуса «политического спецобъекта»: подрядчик подводит; менять его на половине работ – значит вновь впадать в длительные конкурсные процедуры с примерно (что самое печально) такой же степенью исполнительности нового подрядчика, - и всё получается очень долго и без гарантий качества. И поэтому, с учётом экстраординарных усилий, которые предпринимала и «Стрелка», и правительство области по данному объекту, гора родила если не мышь, то курицу. (На этом фоне непростая история реконструкции Соммера выглядит чуть ли не победой - пока, впрочем, не оконченной.)

Но вопрос остаётся открытым: Кнайпхоф – это политический объект «Кейса 2024» либо просто хозяйственный? Либо просто (а на самом деле не-просто) репрезентативно-туристический?

Прегельский мост, когда-то соединявший Философскую дамбу
и правый берег Прегеля, а сейчас находящийся
во хранении музея Мирового океана 

А мост возле музея Мирового океана к сторону Философской дамбы, превратившейся ныне в козью тропу?

А археологический раскоп на Королевской горе?

...да, они все - кандидаты в "Кейс 2024", но...

Помимо собственно-юбилейных объектов есть объекты контекстуальные, который также будет определять фон предстоящих юбилейных празднеств. И я говорю не про дороги и не про фасады (который надо ремонтировать и приводить в порядок самим по себе разумением), а про объект, через который в нулевые годы корреспондент Нью-Йорк таймс в спец-репортаже показал всю историю Калининградской области.

Про дом Советов.

Чего-то не хватает...

Вот представим себе: приезжает вся эта международная братия; приезжает Путин (в любом из своих будущих качеств) и парочка президентов из стран ЕС (например), а вместо дома Советов – дырка от бублика. Снесли. И «новый» выстроить не успели… А ведь сюда приедут многочисленные корреспонденты многочисленных иностранных агентов газет и новостных сайтов; а ведь в Европе философия сильно связана с публицистикой; а ведь они увидят вместо дома Советов пустоту, на которой копошатся десяток гестарбайтеров, а ведь они такое понапишут в своих фигаро и индепендентах...

4.     Потому что дом Советов – это (для любого губернатора) в первую очередь политический проект, во вторую – архитектурный, и только в-третью – экономический. (Странно, что не все это понимают - может, не всякий экономист годится в политики?) Так же, как политическим проектом для губернатора Цуканова был, например, театр Эстрады в Светлогорске.

Напомню: театр Эстрады появился в сегодняшнем виде в результате экстраординарных мер, которые предпринял губернатор Цуканов на середине своего первого срока. Он понимал - если здание достроено не будет, не будет второго срока его правления. И поэтому объект строился в режиме ЧС, чрезвычайной ситуации, для которой был даже учреждён специальный вице-губернатор, а ВСЕ (!!!) работники правительства ездили на стройку типа «на субботник» помогать строительству своими чиновными руками. При этом объект строился без рабочей документации (только лишь по эскизнику Башина и Русаковича), на непонятные деньги (в том числе на деньги самого Цуканова и его окружения) и потому до сих пор не получил акт ввода в эксплуатацию (проект не проходил госэкпертизу; рабочего проекта не существует).

Все посетители (в первый раз) театра эстрады играют в игру "найди вход"

Тем не менее здание за два года было построено и вместо «госприёмки» в срок приняло «Голосящий КиВиН», который таким образом перетащили из недружественной Латвии, в чём и была суть политической составляющей прожекта. И по итогам всей операции в 2015 году губернатор Цуканов от Путина удостоился персонального визита, характеристики «весёлый и находчивый» и мандата на второй срок губернаторстования.

5.       Так что лайт-версия «Кейса-2024» в виде одного лишь острова Кнайпхоф, я думаю, для мероприятия масштаба 300-летия Канта, на которое приезжает вероятный Путин и некие политические тяжеловесы Европы, - маловато.

И в этой связи мы имеем два «политических» объекта-вызова для губернатора-2024 (кто бы им ни был): это дом Советов как затянувшийся и «зависший» ответ советской (и пока что российской тоже) власти на исторический вызов «места власти» - Королевской горы; и некий, пока что не определившийся, «Кейс-2024». Который ещё надо успеть: а) правильно сформулировать, и б) успеть выстроить\реализовать в матерьяле.

Хотя можно и концертами-шоу обойтись; чего уж там…

Ответ на вопрос "А почему возле собора крест и остатки могильных плит?"
 следует искать в трудах Канта и чуть западнее по центральной аллее острова 

Или в крайнем случае сделать макет того голландского трактира, который натолкнул Иммануила Иоганновича на начало трактата «К вечному миру»: «К кому обращена эта сатирическая надпись на вывеске одного голландского трактирщика рядом с изображённым на этой вывеске кладбищем? Вообще ли к людям или в частности к главам государств, которые никогда не могут пресытиться войной, или, быть может, только к философам, которым снится этот сладкий сон? Вопрос остаётся открытым. И все же автор настоящего сочинения выговаривает себе следующее: политик практик в случае спора с теоретиком в области политики должен поступать последовательно и не усматривать опасности для государства в мнениях теоретика, высказанных им публично и без задней мысли…»

Закладной камень, установленный Игорем Одинцовым (?) в 90-е годы,
с надписью "На этом месте будет установлен монумент "Мир всем".

---

[1] Вместо «десакрализации» они борются со своими страхами, но этого не понимают и рапортуют куданадо об успешных «идеологических операциях».

Платановая капитуляция

Ноябрь 2020 отметился двумя важнейшими событиями по территории «Сердца города» - хотя всякое ли заявление в прессе со статусом «может быть да, может нет – мы думаем» есть событие?

Корни находятся в технологическом комке и должны прорастать сквозь дернину. 

a.       На Верхней террасе холма Шлоссберг, прямо на фундаментах крыла Унфрида замка Кёнигсберг, высадили аллею из 21 платана. Торжественного мероприятия по сему поводу случилось в символическую дату 11.11.2020; платаны высажены в шахматном порядке, по науке. Корни деревьев вскоре начнут разрушать фундаменты флигеля Унфрида и тот подземный ход, который был в них когда-то обнаружен.

Но зачем – именно там, и зачем – именно тогда?

b.      В начале ноября губернатор Алиханов анонсировал большие перемены по Дому Советов и по окружающей застройке. Настоящим анонсом это назвать трудно: то ли оговорка, то ли намёк, то ли размышление вслух, за которым явственно одно: некий инвестор (назовём его Ка) прорабатывает проект застройки соседних с домом Советов территорий в обмен на «воссоздание дома Советов». С опорой на недавно проведённое технические обследование конструкций дома Советов инвестор говорит (а за ним повторяет губернатор), что «конструкции плохие, дом Советов надо сносить и строить заново, но уже в изменённом виде».

Сие известие вызвало бурю в местном инфопространстве, от «Наконец-то избавимся от монстра» до «Надо объединяться для защиты дома Советов от сноса!» и сбора подписей под соответствующей петицией. Естественно, Германия не оставила без внимания сии страсти (федеральные СМИ подоспеют чуть позже).

Глубокого анализа ситуации никто не сделал; все реакции лежат в зоне непосредственных реакций, философских эссе или в использовании повода в информационных войнах местного накала, так что придётся разобрать ситуацию здесь.

Начнём со второго пункта – с «трупа», как называют сейчас дом Советов.

1.

Оживление трупа – процедура в том числе и врачебно-магическая, и для этого у «доктора» в чемоданчике должны быть не только экономические инструменты. Между тем у Алиханова других нет: уволив имитатора-Гольдмана, губернатор апгрейт команды не сделал, и «магов»-докторов у него нет, как и другого языка, через который можно было бы смотреть на проблему Королевской горы шире. Как пример – см. историю про раскоп Западного флигеля. Вся королевская рать не могла решить мааааленькую проблему целых 4 года при наличии денег и власти. Их оказалось недостаточно для решения проблем\объектов метафизического класса (см. кейс по обновлённому этим летом Кнайпхофу, который вместо торжества «команды технократов» чуть не сделался курьёзом).

Как мы знаем, Алиханов вот уже года три пытается «продать» проблему оживления Дома Советов в обмен на 3,5 га земли по соседству, и что-то очереди из инвесторов на эти условия не наблюдалось. Так что этот инкогнито-Ка –последний шанс губернаторе если не что-то сделать, то хотя бы что-то содержательное заявить по теме. Но проблема в том, что инвестор – существо непостоянное, у него периодически заканчиваются деньги и к тому же он может оказаться «лекарем» иного рода.

2.

Начнём с очевидных вещей: цикл политической жизни губернатора Алиханова на местной поляне примерно в полтора раза короче, чем технологический цикл сноса\воссоздания или ремонта\возрождения дома Советов – при любой его «технологии оживления». При оптимистическом сценарии Алиханов с нами ещё 7 лет с учётом второй каденции, в которой нам предстоит ещё громадное местное событие – 300летие Канта, к которому мы совсем не готовы. Технологический же цикл «завершения» (оживления) дома Советов по любому из сценариев – не менее 10-12 лет с учётом изыскательских и проектных работ, экспертизы и пр.; а скорее всего дольше, даже за вычетом всех удлиняющих госпроцедур. Поэтому инвестору выгодней губернатора обмануть, чем выполнять договорённости, по схеме «за это время или ишак сдохнет, или Насреддин или падишах». Инвестор будет тянуть резину, лавировать и маневрировать, но он не будет решать проблему губернатора, он будет решать свою проблему: заработать или\и получить административно-стратегическое преимущество, которое можно использовать тактически на других площадках.

Что, собственно, и происходит. Иначе нам бы уже в сентябре показали проект музеефикации раскопа, а пока – по-прежнему «рисуют», т.е. не покажут совсем или покажут «вместе с общим проектом ДС и Королевской горы». Живите в неведении, оно мать надежды, граждане!

Раскоп подождёт?

3.

Другой момент относится к тому, что технологически инвестор будет склоняться в сторону самого дешёвого варианта «возрождения». Мантра «инвестор сделает как нам надо» не работает: он будет решать исключительно свои задачи, а не твои, будь ты хоть трижды губернатор.

Как мы помним, копеечные работы по реставрации домика Ловиса Коринта были омрачены технологическим варварством: строители просто снесли стену, которую надо было реставрировать, и вместо неё выстроили новую. Им так было проще. Быстрей и дешевле. Хотя ничто не мешало делать по проекту – сохраняя кривую историческую кладку как ценность и как часть исторической достоверности. Всё очень просто: для строителей нет понятия историческая достоверность, они просто видят старый объект и всегда будут вместо него хотеть быстро построить новый – «лучше».

Ровно это же происходит с домом Советов, когда инвестор Ка говорит: «Надо сносить, ибо всё падает. И строить новый взамен» - он просто говорит так, как ему удобней. А губернатор за ним повторяет. Хотя акт технического обследования позволяет здание сохранить с частичной заменой конструктивных узлов.

При этом – напомню, - почётный гражданин Калининграда Игорь Одинцов восстановил Кафедральный собор Кёнигсберга, а не снёс ветхие стены, чтобы выстроить новые, «более лучшие», несмотря на сомнительное состояние самих стен с точки зрения конструктива. Может потому, что Одинцов был горожанин, а не инвестор? И он понимал ценность исторических стен?

И почётный гражданин Сивкова восстановила Королевские ворота. Не снесла и заново выстроила, а отреставрировала по всей науке – потому что она горожанин, которому не всё равно.

А инвестору всё равно и потому он предлагает «снести и построить лучше».

И ещё потому, что он заинтересован в затягивании процесса (см. п.1), а ничто не способствует затягиванию, как правильно организованное хаотичное общественное обсуждение. Любой инвестор будет заинтересован в схеме «снос-дискуссия-можетбытьвосстановление», а не в схеме «сохранение-доработка существующего здания». Ведь следующим пунктом после сноса будет:

4.

…сомнения (в том числе и широкие – в обществе) в целесообразности восстановления. Раз уж снесли достоверность, может что-то новенькое лучше построить? Современное? А?

Не хотите – а хотите переделанный новый ДС? Вот вам 35 вариантов…. А за нмим бурная дискуссия…

Надо ещё понимать, что для каждого архитектурного объекта существуют «пределы преобразования». Можно так «улучшить» проект дома Советов, что от него не останется ничего, кроме названия. И поэтому есть риск получить «новый проект» настолько новым, что от старого ДС в нём останутся рожки да ножки – всё будет чужим. Что это будет фикция вроде реконструкции Кройц-аптеки. Здание (частично) спасли, да, - но это уже совсем другое здание.

Так что на этой фазе можно спокойно лет 3-5 продискутировать – да или нет, почему и какой проект лучше, и так далее (вот уже началось). А к тому времени формула «ишак-падишах-Ходжа Насреддин» выстрелит наверняка. Да и деньги могут внезапно у унвестора кончиться…

Как ни посмотри, сносить – самое выгодное! - но не для нас, горожан, а для инвестора. Ничего личного: просто ему хочется заработать. А для нас расставание с прошлым без наличия ясного будущего – слишком безответственная затея.

5.

«Хорошо, а как надо? – спрашивает меня тут же Конрад Карлович по давней нашей традиции. - Как по уму-то?»

А надо сначала обсудить публично ТЗ на реконструкцию ДС, как это делалось при подготовке «Сердца города». Без чёткого ТЗ продукт будет ХЗ, это старая истина.  

А затем надо сделать так, как Рем Колхас сделал с «Гаражом» в парке Горького в городе Москва. Бережно сохранить «совок» и интегрировать его в новую жизнь и в новые функции.

Где у нас в Калининграде или в области сделано подобное? На среднем и большом масштабе? Да нигде. Есть микромасштаб сохранения мозаик на Нижнем озере, но это совсем уж малый пример. По все стране десяток крупных примеров наберётся, а в общем - советское наследие ждёт то же, что и любое другое в России (в нашем случае немецкое): подмена, замена, разрушение и «изготовление лучше». Это как  фантазийная ширина колеи «исторического трамвая» на Кнайпхофе.

Всегда можно долговременное решение проблем заменить на шоу: шоумены у нас хорошие

Ставилась ли задача «Быть как Колхас» инвестору?

Нет, конечно. Потому что в чемоданчике у «лекаря» инструментарий токмо экономический. И публично обсуждать и ситуацию, и ТЗ он просто боится, да и опыта такого нет (сказывается гольдман-стайл последних лет). Вот и весь набор в чемоданчике у губернатора…

…Хотя нет!

Там ещё лежит шкатулка, из которой 11.11.2020 были извлечены 21 платан и высажены в аллею на фундаментах Унфрида, в створе бывшей Южной террасы. То есть: маги в команде Алиханова появились - но маги, плохо знающие первоисточники.

6.

Что же она значит, эта аллея и эта дата, о чём шелестят ветви мною (и многими) любимых платанов?

«Это капитуляция» - шелестят любимые наши платаны.

Никакой политик не скажет: «Я не знаю, что делать с этой проблемой» или «Я не справился» или «Неужели меня все обманывают?» или «Все строители бесконечно врут» или «Я пока только учусь» или «Отстаньте, я устал!» или любые другие подобные человеческие вещи: это запрещено негласным политическим кодексом. Но не запрещено высаживать платаны, даже в неуместных для данного местах, в качестве оперативной пиар-акции.

Правда, - как тот камыш и как тот тростник, - ветви платанов могут шелестеть совсем не те слова, что ожидали инициаторы акции.