понедельник, 28 ноября 2016 г.

Сизифов камень в фундаменте калининградской архитектуры

Некоторое время назад я написал обширную статью о состоянии архитектурного процесса в Калининграде, где остановился на недостатках, которые не дают нам (калининградцам) получить многосложный качественный архитектурный продукт. Простой и примитивный – сколько угодно. Сложный и многоплановый, с точки зрения архитектуры и «дальнейшей потребительской жизни» объекта в «потребительской среде», - таких нет.  

С тех пор многое поменялось, и поводом для данной статьи стала выставка-конкурс Калининградского отделения союза архитекторов России и актуальная повестка дня. 


1. Выставка КОСАР 




Итак, впервые за 6 лет была проведена выставка «свежих работ» союза архитекторов РФ (Калининградского отделения). Что само по себе интересно: что наваяли наши зодчие? как далеко ушли они от себя 6-летней давности? Хотя последняя их выставка «Неслучившееся будущее» была в далёком 2010 году и тематически она была про «нереализованные проекты», всё равно есть с чем сравнивать.
Несмотря на то, что проекты застройки исторических зон Калининграда или прибрежной полосы Светлогорска взывают пристальное общественное внимание (а иногда даже и петиции о недопущении коверканья исторических объектов), мы имеем удивительный факт: местная пресса практически проигнорировала данную выставку. Была пара сюжетов на телевидении, а "бумажная" и "портальная" пресса не пришла вовсе. Понятно, что все с увлечением разгадывали свежий кроссворд «кто вы, мистер Алиханов», но всё же!... 

На выставке

Конкурс и его победители

Каждый член Калининградского отделения союза архитекторов (КОСАР) мог представить свои "свежие проекты" на суд своих коллег в заранее оговорённом формате. Первый день выставка-конкурс проходила в закрытом режиме: приходили члены КОСАР, просматривали проекты, которых было подано порядка ста, и каждый проставлял свою версию первого-второго-третьего места. Затем оргкомитет эти оценки суммировал и проект, набравший наибольшее количество баллов, побеждал в своей номинации. 
В итоге, из публичной части выставки были удалены проекты, не набравшие ни одного балла или набравшие минимум; оставшиеся 39 экспонировались для широкой публики в нижнем зале Историко-художественного музея с 29 сентября 2016г. 27 работ были представлены в номинации ПРОЕКТ, двенадцать - в номинации РЕАЛИЗОВАННЫЙ ПРОЕКТ 12. 
(Список победителей и проекты взяты мною в КОСАР). 
Во время оглашения имён победителей


Номинация ПРОЕКТ

Гран при, 1 место. AmSee квартал. Жилой комплекс в пос. Заозерье Гурьевского района. Авторы проекта: архитекторы Архипенко А, Купердяев О., Сычев С., Самаргина Т.



Золотой диплом. Жилой комплекс по Олимпийскому бульвару в Светлогорске. Авторы проекта: Архипенко А., Купердяев О., Сычев С.



Серебряный диплом: два проекта.
1. Грольман парк. Многофункциональный спортивно-оздоровительный комплекс по ул. Юбилейной в Калининграде. Автор проекта Сычев С. с участием Ковальчука В.




 2. Административное здание по набережной Петра Великого в Калининграде. Авторы проекта: архитекторы Купердяев О., Юров В.


Номинация РЕАЛИЗОВАННЫЙ ПРОЕКТ


Гран при. Многоквартирный жилой дом с встроенными административными помещениями и пристроенным торговым центром по улице Артиллерийской в Калининграде. «Архитектурная мастерская 4+» Автор проекта: Александр Кубасов.


Золотой диплом. Проект многоквартирного жилого дома по ул. Лесной в пос. Янтарный Калининградской области. Авторы проекта : архитекторы Кохан Е. и Белуга М. (НИКОР-ПРОЕКТ). 




Серебряный диплом. Проект модернизации научно-технического парка в Калининграде по ул. Гайдара 6. Автор проекта: архитектор Кохан Е. 



В итоге можно сказать, что в основном победила архитектура, которую можно отнести к условной "средней европейской архитектуре", и которая выделяется культурой выделки и модернистской детали на общем фоне сегодняшней строительной-проектной практики. Победили условные "средние датчане", не ставшие играть ни в ностальгию по СССР, ни в ностальгию по Кёнигсбергу.

Очень хорошо, что КОСАР не стал выставлять проекты старше 6-8 лет. Таким образом были зафиксированы актуальные тенденции и отсечены от дискуссии те проекты, которые кочуют с выставки на выставку последние двадцать лет и которые похожи на символы "невписанности" их авторов в рыночную действительность.


Другие проекты 




Любопытно, что декоративный историзм, которые многие пытаются выдать друг другу за "кёнигсбергщину", не нашёл отклика в среде архитекторов, и в финальной отборке был представлен всего лишь двумя-тремя работами.




А эта фотография - чтобы напомнить читателю "грустную реальность" обычной застройки, на фоне которой проводит свои конкурсы-выставки КОСАР.   


Где-то в Калининграде


...Ну, и напоследок - эксклюзивный "прОклятый дом", игнорирующий гравитацию Кафедрального собора на другом берегу Преголи - как пример "политико-хозяйственной" архитектуры. 


Провал десятилетия: случай театра эстрады 

Отдельно следует остановиться на театре эстрады в Светлогорске.
Во все времена государство репрезентует свою мощь и своё развитие через крупнейшие общественные здания и сооружения. Так было в древнем Риме, так было в царской России и в СССР. 
В Кёнигсберге в 19 веке таковыми объектами стали: Главпочтампт, реконструкция башни замка по проекту Штюлера, его же Новая Альтштадтская кирха, Кайзеровская площадь у замка, для чего была снесена Старая Альтштадтская кирха и ряд бюргерских домов, и пр. В 20 веке, несмотря на тяжёлое состояние экономики после Первой мировой войны, такими зданиями-символами обновляющейся столицы стали Дом Техники и новое здание мэрии с Ганза-плацем и Северным вокзалом; здание финансового ведомства на нынешней Дмитрия Донского - 1 и новое здание Академии художеств, портик Канта и пр.  
В советском Калининграде таковым стал Дом Советов, кинотеатр "Октябрь", ещё несколько зданий. 
Неудивительно, что и местный политический истеблишмент тоже хочет возвести свой "мега-проект". Губернаторство Георгия Бооса нам в этой части дало крупнейший инфраструктурный проект скоростного Балтийского кольца, плюс реализованный проект спорткомплекса "Янтарь".
Также был "запущен" и не доделан проект театра эстрады в Светлогорске, который достался губернатору Николаю Цуканову в наследство в качестве своеобразного политического вызова, который обострился к концу первого срока Цуканова. Дело выглядело так, что "доделает театр к концу первого срока - справился с губернаторством, не доделает - не справился"....
Поэтому в правительстве была даже введена специальная должность вице-губернатора по курированию этой стройки, и летом 2015 года театр был неформально открыт.   
Мы сейчас не будем разбираться в хитросплетении хозяйственных обстоятельств, - на эту тему рассуждали многие СМИ региона (например, калининградский журнал "Стройинтерьер"). Скажем лишь, что строительная фирма, что его возводила, сегодня в процедуре банкротства, а театр, начав работать летом 2015 года, до сих пор не имеет "акта госприёмки" в техническую эксплуатацию, что общеизвестный факт - это второй такой объект у нас в области (первый - концертно-спортивный комплекс "Янтарь" на Сельме). Обе же эти проблемы переходят на плечи нового губернатора.
Мы не будем вникать в хозяйственные хитросплетения, мы - про архитектуру. 

Почему же крупнейший архитектурный проект последнего десятилетия был проигнорирован профессиональным региональным сообществом архитекторов и не получил НИКАКОГО приза или даже упоминания?
Неужели это - коллективная зависть местных архитекторов к Александру Башину, своему более успешному коллеге?
Увы, нет. Тем более, что "коллега" был уволен перед открытием театра с поста главного архитектора Калининградской области, в том числе и из-за проблем с проектом театра эстрады.

Просто это плохой архитектурный проект, что очень легко доказывается. 
И если бы это был плохой проект частного жилого дома, то и проблем бы не было. Но это крупнейшее общественное здание 21 века в Калининградской области! - которое не имеет формы и образа.  
Любой, даже не умеющий рисовать человек, сможет нарисовать Кафедральный собор на острове Канта так, что его можно будет узнать. Вам может не нравиться Дом Советов, но его так же легко можно схематически нарисовать, и он будет узнаваемым даже на карикатуре. У каждого из них есть свой образ, легко узнаваемый. 
Но вы ни за что не нарисуете театр эстрады в Светлогорске: амёба или клякса не имеет образа. Никакая "Опера ветра" не читается здесь как образ, стоящий за тектоникой бетонных изгибов, ни с "птичьего полёта", ни с уровня пешехода. 



Более того. На третьем курсе в архитектурном институте студенты проходят аксиому, что в крупных общественных зданиях вход должен "читаться" сразу и на бессознательном уровне, без усилия. 
Чтобы понять, где вход в Светлогорский театр эстрады, или даже в его кинозал, нужно приложить недюжинные интеллектуальные усилия: технический пандус вдруг стал формообразующим элементом и заменил собой вход. И потому треть посетителей вместо театра сначала попадают в двери музея Мирового океана (у него в здании "Янтарь-холла" крупная экспозиция), и только там узнаёт, что в сам театр следует идти или по пандусу или по лестнице. 
Так что приходится признать, что театр эстрады в Светлогорске - это просто плохая архитектурная работа, вот и всё. И зависть здесь не при чём. 


2. Архитектурная повестка «После чемпионата»

Сегодня большая часть хозяйственно-строительной энергии Калининградской области брошена на подготовку к ЧМ-2018, но всё равно следует проанализировать перспективные общественные проекты в Калининграде, ведь ЧМ-2018 архитектурная повестка дня не исчерпывается.  

Многофакторный проект "Реконструкция проспекта Мира" 

Недавно Калининград заявил этот очень сложный и в перспективе заметный проект. Он вполне может оказаться новой "визитной карточкой" Калининграда, в чём-то соразмерной "Сердцу города". Проектировщики пока доложили на градосовете подход и исследовательскую часть, но даже в этой фазе работа многих архитекторов порадовала.   

Кантовская тема в городском пространстве: перспектива 2024


Кант вопрошающий
Кантовская тема, поднятая три года назад бюро "Сердце города" в виде темы Философского парка на острове Кнайпхоф и Университетской площади на месте бывшей Параден-плац, была совершенно заслонена баталиями вокруг Пост-замка и сошла на "нет". Остался многострадальный "Домик Канта", но его концепция писалась в более благоприятные экономические времена, и сейчас она свелась по сути к противоаварийным работам и устроения небольшой биографической экспозиции в пос. Веселовка.  
Дело не спасает затеянный МАРХИ конкурс студенческих работ на тему "Музей философии в Калининграде": БФУ им. Канта от участия в конкурсе отстранился, и перспектива выхода инициативы за рамки студенческого конкурса неясна. 
Можно прогнозировать, что по-настоящему эта тема выйдет в разряд актуальных только после 2018 года.   

"Сердце города" и Пост-замок как гордиев узел



Проект "Сердце города" сегодня перешёл в фазу "второго торга", когда субъекты, принимающие властные решения, меняются, а сам проект выходит на следующий масштабный уровень. В идеале для здания на Королевской горе нужна крупная федеральная функция (желательно эксклюзивная), добавляющая Пост-замку статус и "жизнесообразность" всему проекту.  

Пока же, на фоне закрытого обсуждения экспертами Проекта планировки на территорию "Сердца города", возобновления тяжбы с хозяевами Дома Советов и отсутствия достоверной информации о будущем Королевской горы (областные власти ограничиваются репликами "предложили поучаствовать Батуриной" (на каких условиях? по какому пятну территории? в каких масштабах и на каких условиях?)), - я ограничусь перечислением рисков.

Главные риски сейчас связаны с проектным функционалом будущего здания (музейная концепция Западного флигеля не утверждена уже скоро год, а без неё невозможно ответственное проектирование), риски с охранным статусом руин и, как следствие - с квалифицированной работой по их сохранности и музеефикации. Никаких денег на оперативную консервацию руин не заявлено в бюджете этого и следующего годов. До сих пор не определён охранный\правовой статус территории бывшего замка или фрагментов его конструкций, а то, как у нас "гуляет" охранная зона и связано ли это с персоналиями, можно посмотреть здесь
Сама схема частно-государственного партнёрства, которая анонсирована областным правительством и в которой частник "определяет проект и технологию возведения" здания на месте замка, является с точки зрения общественных интересов абсолютно неприемлемой. Частник у нас любит экономить, причём экономить на всём, и мы опять можем вместо Пост-замка, символа нового времени, получить некачественный продукт и очередной "провал", но уже не десятилетия, а столетия: по исторической, символической и любой другой значимости Королевская гора и театр эстрады в Светлогорске не сопоставимы. 

К тому у нас есть два поучительных опыта судьбы исторических фундаментов в Калининграде.


Где-то здесь лежит сизифов камень калининградской архитектуры

Первый - опыт гостиницы "Ибис". При археологических работах на её месте были обнаружены фундаменты и основания средневековой стены Альтштадта. Находка удивила как археологов, так и владельцев гостиницы. Подождав и полюбовавшись на сей небезынтересный артефакт (который можно было бы музеефицировать), строители фундаменты эти... разобрали и выкинули, "предварительно дав изучив археологам". 

Второй опыт - случай аппарт-отеля "Кристалл" и фундаментов ложи "Три короны" на берегу Нижнего озера. Эти фундаменты также были обнаружены при подготовительных и археологических работах на стройплощадке. Будучи открыты археологами, они постояли на морозе, прикрытые плёнкой, ветер плёнку сорвал, снег и вода попали на раскоп и привели фундаменты в окончательную негодность, отчего их... да! "археологически изучили" и выкинули, не делая попыток "встроить" в виде культурного артефакта в фундаменты строящегося здания. Как это делается повсеместно и в Париже, и в Москве, и в Риге, и в Санкт-Петербурге.  

Т.о. положительного опыта (политического, культурного и технологического) встраивания старых конструкций фундаментов в "новую строительную реальность" у Калининграда нет
И поэтому главный риск с фундаментами замка очевиден: их или "опять накроют плёнкой" и их разрушит мороз и непогода... или их уничтожат технологически, загоняя в них обычные сваи и разбирая под каждую сваю гнездо в фундаменте и... уничтожая его. Игнорируя технологию, предложенную победителем конкурса Антоном Сагалем в фор-эскизе "Пост-замка" - технологию микросвай (применяемой, например, в Санкт-Петербурге при реконструкции Биржи). 
Оставят пару глыб и валунов для экспозиции, а остальное выкинут, заменив бетоном, "шпонированным" под бутовый кирпич, применив обычную строительную смекалку и поставив нас всех перед свершившимся фактом. 
А политики скажут: "За это мы их заставим сделать вторую лодочную станцию".... 
И это обязательно возникнет при политической декларации "надо быстро народу что-то представить для обозрения": спешка для памятников имеет такие же роковые последствия, как и непогода с бесхозяйственностью. 


Строительные элементы замка
Я вижу только один путь ликвидации или минимализации этих рисков: публичность и прозрачность в обсуждении всех нюансов "Сердца города" с широким участием общественности и привлечении профессионалов на каждом этапе. 
Пока же можно констатировать, что одноимённое бюро ликвидируется, система управления проектом неясна, а на открытии выставки КОСАР, которая послужила поводом для данной статьи, не было никого из публичных политиков города и региона. 

Александр Попадин, 
ноябрь 2016

P.S. 
Несмотря на всё вышеизложенное, есть одно обнадёживающее обстоятельство. 


Здание, в котором Николай Цуканов проработал 6 лет

Здание, в котором Евгений Зиничев проработал год

-------

суббота, 2 июля 2016 г.

Публичное обращение\Public announcement

(Предуведомление. Это публичное обращение было опубликовано мною на сайте проекта "Сердце города" tuwangste.ru 23 мая 2016 года, через две недели новая команда проекта сменила адрес сайта, а еще через две - сняло обращение с публикации. Дублирую его здесь и с любопытством жду следующих цензурных манипуляций с сайтом проекта. 2 июля 2016г).


Дорогие друзья!

С 18 мая 2016 года я больше не работаю в Некоммерческом партнёрстве «Градостроительное бюро «Сердце города».
Факт, с одной стороны, грустный – после получения карт-бланша от Николая Цуканова в 2012 году вместе с моими партнёрами Светланой Сивковой и Олегом Васютиным я писал первую Дорожную карту, затем в апреле 2013 года создавал это бюро, вместе с Ольгой Мезей простраивал алгоритм будущей работы и повестку дня. Сформировалась команда, которой я горжусь и которая смогла сделать то, что в 2012 году казалось невероятным.  
Я хочу поблагодарить всех, кто нам помогал и кто поверил за эти четыре года – вас много, и с каждым годом становилось всё больше. Это и Калининградское отделение Союза архитекторов России, и глава музея Мирового океана Светлана Сивкова, и многие, многие другие – спасибо вам за поддержку! Это доверие позволяет мне говорить, что вряд ли удастся так просто зачеркнуть результаты двух международных архитектурных конкурсов. Всё это время мы были максимально прозрачны, информировали всех заинтересованных о своих действиях и намерениях. Тот стиль публичности, что выработался в бюро, для меня лично является образцом современного гражданского общества.
Проект прошёл три фазы «этого не может быть – в этом что-то есть – да кто ж этого не знает!»; наступила четвёртая фаза, «дай порулить». Поэтому факт смены курса вполне логичный: замыслы сформированной за эти годы команды перестали устраивать политиков, теперь их мотивы относительно Королевской горы проявятся заново. И можно будет к ним отнестись полноценно, без умолчаний и скрытых намёков. В любом случае, впереди – новый этап проекта «Сердце города», в котором важную роль будет играть фигура Инвестора. Думаю, достаточно будет нескольких месяцев, чтобы понять стиль новой команды, направление движения и систему принятия решений.
За четыре года мы «расколдовали» Королевскую гору. Теперь на ней поселяется то, что всегда селится во дворцах и замках: интриги, сплетни, блеск завтрашнего золота, янтарные комнаты, светские спектакли, балы и свидания... Жизнь заселяет прежде «немую» и заброшенную территорию, и следующий этап зависит от нас, какая именно это будет жизнь.
За четыре года, со времён Историко-культурного исследования, сам проект настолько вырос, захватил в свою орбиту такое множество интересов (прямо или косвенно участвующих в проекте) и наработал такое эксклюзивное содержание, что давно уже не исчерпывается работой Бюро. Бюро «Сердце города» - один из инструментов одноимённого проекта, но не единственный.
Поэтому я с вами не прощаюсь - до следующих встреч!  
Александр Попадин,
заместитель председателя Совета по культуре при губернаторе Калининградской области, один из инициаторов проекта «Сердце города», культуролог, архитектурный критик.

Калининград, 23 мая 2016г.



Dear friends!

As of 18 May 2016 I am no longer an employee of the Non-Profit Partnership “Urban Planning Bureau “Heart of the City”.

On the one hand, this is a sad outcome. After receiving a carte blanche from Nikolay Tsukanov in 2012, Svetlana Sivkova, Oleg Vasjutin and I drafted the first Road Map for the project. In April 2013, I created this bureau; together with Olga Mezey I elaborated an agenda and the workflow for our future activities.  A team was created and I am proud of this team that managed to do the things that seemed impossible in 2012.
I would like to thank everybody who helped us and who believed us during these four years – you are many and there were more of you each year. I am talking about the Kaliningrad branch of the Union of Architects of Russia, the head of the Museum of the World Ocean Svetlana Sivkova and many, many others – thank you for your support! This trust gives me the confidence that cancelling the results of two international competitions is unlikely to happen. During all these years, we worked in the most transparent way and informed all stakeholders of our actions and intentions. For me, personally, the level of publicity that we have achieved in the bureau is a sample of the modern civil society.  
The project went through three phases: “that can’t be true – there is something in it – tell us something new! We have the fourth phase now –”let me run the show”. Therefore, the fact of changing the course is entirely logical: the ideas of the team that has been built over the years proved to be no longer satisfactory for politicians. Now, their motifs regarding the future of the King’s Mountain will re-manifest themselves. It will be possible to treat them fully, without any reservations and hidden hints. Anyway, we have a new phase of the “Heart of the City” ahead of us and the Investor will play an important role in this phase. I think that several months will be enough to understand the new team’s style, the course of action and the system of decision-making.   
We “unspelled” the King’s Mountain in these four years. Now, it becomes inhabited with what always inhabits palaces and castles: intrigues, gossips, the sheen of the tomorrow’s gold, amber rooms, secular shows, balls and rendezvous … Life comes to the previously “dumb”, abandoned area. It is up to us what the next step will be and what kind of life it will be.
Over four years, since the times of the Historic and cultural study, the scope of the project has expanded to such an extent, aggregated such a wide range of interests (directly or indirectly participating in the project) and developed such an exclusive contents that it is no longer limited to the Bureau’s work. The bureau “Heart of the City” is one of the instruments of the same-name project but not the only one.    
This is why I do not bid you farewell – until we meet again!

Alexander Popadin
one of the initiators of the “Heart of the City” project,

Kaliningrad, 23 May 

суббота, 11 июня 2016 г.

Between Fichte and Kant

Experience of critical reconstruction during “Heart of the City mission” to Dresden and Berlin in May 2016

”Well, this will be the same as the last year”, -That is what I thought when preparing for my trip. I was wrong almost about everything.

Day One. Fichte and the first meeting with sandstone




The first item of our program drafted by the Adenauer Foundation and senator Klaus Brahmig has struck me already in Kaliningrad. The festival “Sand and Music” – what does that mean? Are there going to be “sound makers” like those composing music of nature sounds, “making noises with sand”, sampling – is it going to be such a festival? Jeans and t-shirts? In some ”Baroque Palace” – among statues of Apollo and water nymphs?  Nothing clear at all...though the program stated “classical music festival”....
It turned out as it was stated. Chief architect Vyacheslav Genne and I were picked up from the airport to go to Saxony where the ancient Baroque style palace complex is located on the banks of the magnificent Elba River.  There is an entrance group with the coat of arms on the façade, stables on the right, support premises on the left, the main building of the mansion. A three century old park located behind blossoms with all colors, among which rhododendrons dominate the scenery in the quantities and color palettes making their presence obvious right away– in the same way as our peonies do. Lots of them, so bright and “delicious”. Thick beeches (who among Kaliningrad citizens does not like beeches?), a decorative pond with a small fountain and backlight, a stream constrained with a dam, a tiny waterfall all looked just as we read about it in the books about nobility. Either a damp and gloomy castle or such a romantic palace with kisses in arbours and the love letters thrown on the pond bottom to be forgotten.

However, it was not until afterwards we saw all the splendor properly. First of all, we took a double espresso with Senator Klaus Brahmig and his assistant Alexander Vollmert. Then we moved to the main hall. Two petite ladies stood behind the piano. One of them was Japanese who had a surname Ono (maybe one of those Ono). There were also four vocalists, most likely with Music Conservatory background. They were playing and singing Brahms.
It appeared that “sand” means the same in Saxony as amber does for us in Kaliningrad. The festival “Sand and Music” has been carried out for the third decade and today it is Senator Brahmig who opens the event.

 I tried to imagine any “of our local” politicians in his place and I could not. No ribbon is cut. Though the audience is civil (mostly grey-haired), it does not remind of our voters from the factory summoned after work. There are not that many seats in the main hall of the Baroque palace, not more than eighty… Like in the aristocratic times.  
Having attributed these aspects to the difference between our and German political traditions, I “indulged myself to Brahms” enjoying four-hand playing, the soloists performing music according to the canons of that time when Pushkin finalized “Evgeny Onegin” and one Brahms’s “dance” which has quite a contemporary musical pattern and can be easily adapted to the tune of “Eurovision” format…
«Every generation thinks that it is at the top of human evolution and later, it is surprised to learn that there have been people who loved and had desires before them”, –  such ideas occurred to me after the concert during my walk in the park.  While reflecting about this thought (“was it me who has arrived at it or was I inspired by the place”) I was amazed to discover the monument to the philosopher Fichte in the park. Likewise, Brodsky was amazed to find the Suvorov’s bust near the ruins of the Königsberg castle. It appeared that Fichte was born in this castle “Barockschloss” in Rammenau that has even the roadside beer shop called “At Fichte’s”! 
- Why the sculptures in the park are made of sandstone instead of plaster? – I thought when taking a photo of the next amusing plump character frolicking on the pedestal and bringing joy to people walking by. – Plaster is better, it gives more details! – Those were my hasty thoughts and I did not suspect that the tomorrow’s day would provide me with an answer.

Day two. Explosion in the quarry and Frauenkirche

1.

It should be mentioned here that sandstone for Kaliningrad and Königsberg is an exotic material. It seems that it has never been used in construction in Kaliningrad (at best, in finishing with sandstone slabs). In Königsberg, one remembers for sure the Stock Exchange building which was built of sandstone and had the allegorical sculptures of the continents that Königsberg merchants traded with – Asia, Africa, Europe and America. Antarctica was not represented. The sculptures did not survive after the war but there are still two lions with shields that once had the coats of arms of three medieval cities of Königsberg below, at the entrance to the Stock Exchange.  
It is quite possible that sandstone was used in the construction of the Unfried’s Wing of the castle as it became fashionable as “a noble material” at that time. The décor and sculptures were also made of sandstone. 


All these things came back to my memory when Senator Brahmig took us to the stone quarry “Sandsteinwerke”. Smiling Director Johannes Rossrucker introduced us to the history of his 200 years old enterprise, the specifics of Saxon sandstone (there are three kinds of them – ordinary, frost resistant and used for sculptures). This was followed by the horn tootling and three explosions made by the rugged explosives expert whose clothes had such pockets that the Vasserman’s waistcoat would fall into stupor of envy if it saw them. A kite soared up in the sky to see in whose honor Saxon sandstone was blown up that day. The smoke dispersed and we saw three blocks split into the target fragments.
- Aren’t birds bothered by explosions? – Vyacheslav asked.
- Kites are not. They got used to it during two hundred years, – Director Rossrucker answered.
Then we saw the factory where blocks turned into a fragment of a column, or a sculpture, or an element of the castle’s décor, the office or garden exteriors. The technology is as complicated as the art jewelry. First there should be the prototype made of plaster at the scale 1:1. The craftsmen sculptors “transfer” the volume and curves of the prototype “from plaster into the stone”. The readymade sculpture or a detail is packed and shipped to the Berlin Palace while the plaster copies of goddesses and allegories that are soon going to stand on the elevations of the Humboldt-forum, a “Post-castle” of Berlin, are kept in the workshop “at the spare track”. 
Our surprise at what we had seen was increased by Senator Brahmig who made fiery international speech dedicated Saxon sandstone. It appeared that Senator had launched a flood of activities to involve Germany (and of course Saxon sandstone) in the restoration of Palmira in Syria.
- Such actions need to be taken together by many countries and Germany may be Russia’s ally in this! – Senator said. – We can teach a hundred Syrian stonecutters to prepare them for the restoration of Palmira! He asked then: “What do you think, may Saxon sandstone be used in the construction of the “Post-castle in Kaliningrad?”
I could not make dear Mr Brahmig happy here. The major building material in the Königsberg castle was red brick. Maybe, sandstone which was traditional for Baroque time was used for the Unfried’s Wing (the East Wing reconstructed in the early 18th century) but I had to check it with the primary sources…. And it crossed my mind: 
- The sculptural portals of the Hall of Muscovites and the entrance to the South Wing were made of sandstone!...
- …It could be quite possible to manufacture such a portal as a separate element and to demonstrate it on the King’s mountain in parallel with excavations and construction! – Vyacheslav Genne added. – This is totally a realistic idea. 
Senator Brahmig liked the idea. It is quite a technological and not very cash-consuming idea. It would be a nice reason to involve German stonecutters in our Kaliningrad “Post-castle”…

2.

…Dresden and Königsberg share similar fate during the war and have completely different post-war history. The city was also destroyed by the Allied air bombings to the condition of the “moon landscape” (see Kurt Vonnegut’s novel “Slaughterhouse Five”). In the post-war aftermath, it became the GDR’s half-a-million-strong city, “the capital of Saxon province” and experienced the “Socialist urban planning doctrine”. The unification of Germany brought a new turn of history, when the idea of the reconstruction of the destroyed Frauenkirche (Holy Mother church) became the most important factor for the urban identity. The ruins of the Baroque church stood in the “old city” at Neumarkt Platz and functioned as a “monument to the horrors of the war”. In the late 80s, the city community began raising a question about its restoration. The construction works began after long and fierce debates of the society and professionals (what function will it have? What materials and technology should be used in its restoration? What will be the financing sources?) as well as informed decision-making on the key issues.  After ten years the church was restored with the use of the same materials (sandstone from the same quarry we visited in the morning), the same technologies and the same religious function (which does not exclude conducting a few secular concerts as far as I understood). The only technological upgrade was about heating and electrification; in all other aspects, the original architecture of the building met all contemporary requirements.  


All of this was told to us by the architect Thomas Gottschlich (he has a significant surname meaning literally “God’s servant”), who at first participated in the restoration of the church and now he is an architect responsible for monitoring its condition, arranging quick-look maintenance etc. The method of such kind was called by him “an archaeological reconstruction”. 
He then participated as an expert in the discussion organized with us at the local regional natural museum. The topic was “Critical Reconstruction of the historic city center of Kaliningrad as an idea for the future”. Unlike Dresden experience, the winning project of “Studio 44” (in the first competition) and Anton Sagal (in the second competition) deals with critical reconstruction and it is completely different from the “archaeological reconstruction” and “non-critical” reconstruction, i.e. direct “copying” the castle and Altstadt in the new situation in the background of new functions and contexts. 

The discussion in Dresden gathered ninety people, and that was completely a success of attendance for such a specific topic in the scale of the city that is not a capital. Your humble servant presented a review of two competitions. Anton Sagal who joined our mission in Dresden told about the idea of his winning design. Vyacheslav Genne described the perspectives of the General Plan, the site plan and the next steps. Dresden experts gave positive feedback to Sagal and the discussion gradually changed its course to raise some obvious issues: what will be the next steps? Are there any funds? May the reconstruction of Frauenkirche in Dresden be a useful case study for Kaliningrad?  
I focused on the term “critical reconstruction” which was interpreted in quite a broad sense by some participants of the discussion. It was said that the “non-critical attitude towards History” has a risk of creating the banal copies of “best practices” (that will lead to mummification of the History rather than its prolongation). It was also mentioned our children are the critical reconstruction of us, their parents and that our children can virtually never become our copies though they carry our genes and traces of our upbringing…

…A small reception after the discussion provided the citizens of Dresden with a lot of answers while our mission “Heart of the City” received a lot of useful contacts in return. It was a surprise to meet Anastasia, PhD student of Dresden Technical University. She is from Tomsk and writes about Tomsk wooden architecture. She uses our historic and cultural study on “Heart of the City” dated from 2013 as an example of the excellent methodological work. 

Day three. Berlin:  tour guided by Hans Stimmann and discussion in Adenauer Institute




It is always interesting when the excursion is led by an architect. It is doubly interesting when this architect has been the chief architect of the city for ten years. The rate of interest reaches the maximum level when this city is Berlin. It was my second time I was listening to Hans Stimmann and beside the city model as a must-see item for all guests, he did not repeat himself a single time during our tour if compared with the last year! There were new roads, new thoughts and jokes (“if I bought cheap accommodation in this building at that time, I would not have to have a side job by guiding tours” – an example of Stimmann’s branded humor).  
It is curios that nothing has been left of the old Berlin Altstadt! The capital that has grown around the medieval core swallowed and digested it retaining just a small park surrounded by high-rise buildings. The “Refracted History” has evolved here in a different way than in Königsberg or Danzig. Berlin’s status as a capital did not leave any chance to the medieval core…. It seems to be the fate of all capitals – the luxury of cities’ “historical infancy” is left to smaller and more tranquil cities.   
I testify that over the past year the Humboldt-forum has started “to get dressed”. It was insulated by ceramic brick. The window apertures were framed by sandstone architrave. The public utilities were laid. All was according to the time-schedule. Each detail of the sandstone décor has been purchased by someone. Thus, the “state-owned” project of Berlin “Post-castle” becomes a public project involving many stakeholders. One of businessmen took care of the reconstruction of the cupola, another one – the corner stairs. Ordinary people bought smaller elements. In any case, it became a “people’s construction project” in the proper sense of the word…



…There were almost no vacant seats in the Adenauer Institute. The topic has received a greater attention since the last year.  Vyachslav Genne as a representative of the official part of the delegation made a review of the current urban planning problems in Kaliningrad (the General Plan and the site plan under design, preparations for the World Championship 2018, the beginning of archaeological works on the King’s Mountain). 
Anton Sagal presented his winning project. This was followed by panel discussion. The participants included the moderator, Prof.Dr. Berndt Albers (architect, the member of Berlin Werkbund, the guild of architects and craftsmen), the German Russian architect Sergey Tchoban and Prof. Dr. Paul Kahlfeldt, the chairman of Berlin Werkbund and International Berlin Bauakademie. After a moderate positive assessment of the winning project (by the way, Werkbund explained the way he would renovate the House of Soviets in Kaliningrad meaning that this is neither symbolic or ideological issue but the technical one), they focused on two topics: on the quality of the project implement and its cost. To summarize all the comments briefly, they said “It is expensive and now, Russia is not going through the best time in economic terms”…

These issues have been first aired by the members of the panel and gradually found some adepts in the audience. “It is expensive… it is difficult and expensive to do it with a high quality…”Senator Klaus Brahmig opposed them by saying that “twenty years ago, they were also told that there would be problems but they took a chance and now Frauenkirche is a decoration of Dresden and the whole country!” “You just need to start moving” – he said. Vyacheslav Genne also invited everybody to stop dramatizing the process. The discussion was finally brought to another level by master Stimmann. Hans (who, by the way, belongs to the opposition party with regard to the hosting party CDU\CSU) set forth the example of Berlin Palace. If the project had stayed at the level of Berlin municipality, it would have faced huge problems in its implementation. It was only the federal level that secured the project implementation and gave it “a second chance”. This was exactly what Stimmann proposed to do with Kaliningrad “Post-castle”: to upgrade the project status to the federal level and probably to make it a new symbol of “reconciliation” of Russia and Germany, their new joint project (I will also add, the same happened with the reconstructed Amber Room in Saint-Petersburg that has become such a symbol)…
…And now, it has occurred to me what the term “critical reconstruction” is reminding me of – the genre of the famous trilogy of our landsman, his Critique of pure and pragmatic reason as well as “criticism” of the main instrument of this “reason”, the ability of judgment.  Only “a person of full age” is able to process the experience of previous generations in a critical way and thus, generating the continuation of history instead of producing its copy.

Neither our city of Kaliningrad nor the Castle’s (King’s) mountain are that simple that the mountain could be revitalized by mere copying the old forms in the new reality. 

Alexander Popadin,
One of the founders of the urban project “Heart of the City”, 
Deputy Chairman for Culture at the Kaliningrad Region Governor’s Office,
Cultural expert and writer.
Kaliningrad-Dresden-Berlin-Kaliningrad, 28-31 May 2016


Photo: (с) Konrad-Adenauer-Foundation, Dr. Alexander Vollmert